Блог

Ведущий: Антон Сафин
Творческая студия "Полнолуние", г. Иркутск

mp3... | фото...

Интервью Дмитрия Ревякина в “Конкуренте”

Газета “Конкурент” опубликовала весьма неоднозначное интервью Дмитрия Ревякина:

Дмитрий Ревякин: «После смерти надеюсь оказаться рядом с Богом»

Дмитрий Ревякин
В начале 90-х он был настоящим секс-символом – загадочный стройный парень с повязкой на лбу быстро стал кумиром огромных аудиторий. Тем более что творчество Ревякина критики объявили песнью языческой Руси, а сам он выглядел как юный Добрыня Никитич, статный русский молодец, пришедший из сказки, где летают драконы, а за красную девицу складывают голову.

Он стал основателем в России фолк-рока, а потому и сорвал все дивиденды – и умирающих от любви к нему фанаток, и ведущих умные-заумные разговоры о влиянии дохристианской Руси на создание современных образов, о вере в молодого «сверхчеловека» в ницшеанском понимании…

Группа «Калинов мост» была образована в 1986 году, замечена Константином Кинчевым и привезена в столицу. Сегодня артистов, погружающих зрителя в экзотический мир язычества и использующих этнические мотивы в своей музыке, не так уж мало, но в силу каких-то причин особой популярностью они не пользуются. Но «Калинову Мосту» повезло появиться во время наивысшего подъема русского рока, в результате чего группа до сих пор существует как красивая легенда.

Сейчас Ревякин – уже постаревший, грузноватый сибиряк-таёжник, для правдоподобия образа украшенный бородой. Из прежнего облика – только длинные волосы. Но главное – он давно уже порвал со своим экзотическим язычеством: «Я года три был оглашенным, потом меня окрестили», – рассказывает Дмитрий, заметно окая…


– Дмитрий, я читал и слышал, что на ваше творчество и даже на личностное становление значительное влияние оказал поэт Велимир Хлебников. Это действительно так?
– Конечно. Я бы даже сказал, влияние это сказалось на мне в очень значительной степени.

– Это примерно когда началось?
– Сейчас скажу… Это сын у меня родился, приехала мама и привезла книжку Хлебникова, толстую такую – «Творения». Это был восемьдесят шестой год. Нет, нет, тонкая тогда была книжка Хлебникова, тонкая, всё правильно! Потом мама обменяла в магазине – там, в Забайкалье, в моём посёлке, Гоголя на Хлебникова.

– Потому что книжный дефицит был?
– Нет, потому что я просто сказал, что круто, что мне интересно, что Хлебников – это ни на что не похожее явление. И она в результате обмена приобрела как раз вот эту книжку толстую, серьёзную – «Творения», под редакцией Полякова. Она меня грела очень долгие годы.

– Хлебникова вообще называли королём поэтов…
– Во всяком определении есть доля преувеличения. Но, я думаю, здесь как раз тот случай, когда спорить бессмысленно. Это действительно так.

– А ещё кто-то на вас сильно повлиял? Из музыкантов, из поэтов или просто как хороший человек?
– Родители, наверное, в первую очередь. Потом ещё учителя в школе, когда я там учился.

– О родителях ваших даже Интернет ничего не знает…
– Маму мою зовут Светлана Афиногеновна. Она преподаватель русского языка и литературы.

– В каком городе?
– Это не город, это небольшой посёлок в Читинской области. Называется он Первомайский. Среднее машиностроение там было развито. В советское время в посёлке нашем вообще настоящий оазис процветал. И как раз тогда я рос как человек разумный, формировались мои взгляды. Нами вообще-то занимались очень серьёзно. Были различные спортивные секции. Мы росли такими подвижными, ловкими, ходили в походы, играли на гитарах. Посещал я музыкальную школу по классу баяна. А мама с четвёртого по восьмой класс была у меня классным руководителем. Представляете, какой это был ад для меня! Так что удивить и напугать меня очень тяжело. (Смеётся.)

– А папа в это время…
– Батяня – строитель, заканчивал Сибстрин, то есть Новосибирский строительный институт. И по его распределению родители уехали в Забайкалье. Папа мой был хороший строитель: всё время возводил дома, объекты различные.

– Сочинения по литературе, да ещё у мамы под колпаком, надо было писать правильно, идеологически совпадая с социалистическим реализмом. А вы-то, антисоветчик, наверно, не вписывались в шаблоны?
– Нет, всё было легко, в то время я ведь ещё не был антисоветчиком. Я собирался строить коммунизм во всём мире. У меня тогда настолько крепкое, по-настоящему коллективное сознание сформировалось, что оно до сих пор осталось. Нет, на литературе мне просто нельзя было списывать. И приходилось на сочинениях, конечно, отдуваться, потому что спрос был серьёзный. Что-то я там старался, пыхтел, писал. Получалось вроде бы неплохо.

– Из школьной программы ничего не вызывало отторжения? Не хотелось, к примеру, учить именно эти стихи, эту прозу анализировать?
– Нет, я в этом плане никакой не бунтарь. Я покладистый. Всё, что там давали, я принимал. Я любил пионерские лагеря. Мне это всё было в кайф: маршировать, речёвки чеканить, горнам и барабанам внимать…

– Но настоящий поиск себя был ещё впереди, менялась страна – и вы потом даже к нацболам Лимонова чуть не примкнули. Чем были вызваны подобные метания духа?
– Наверно, просто закончилась школа, и я поехал в Новосибирск, в институт. И там уже, конечно, я оттягивался по полной.

– Без присмотра родителей вольнодумство началось?
–Не, вольнодумство у нас в семье всегда было. Постоянно всё комментировалось, обязательно. Это заставляло думать, различать настоящее и наносное.

– А религиозное воспитание в семье?
–Нет, ничего подобного у нас не было. Это я уже сам. Когда начал писать,когда начал серьёзно заниматься словом, конечно, стали возникать вопросы, на которые надо было искать ответы. Это известные всё искания:«Кто я?», «Откуда?» и «Куда надлежит идти?» Вот на эти три ключевых вопроса я и пытался найти ответы. Даже в шаманизме. И вообще – кем только я себя не представлял: индейцем, философом и не знаю даже, кем ещё. В общем, был я такой романтический язычник.

– А сейчас уже нет?
– Уже давно – нет. Я четыре года как крещёный.

– Вы всё-таки считаете, что язычество и православие несовместимы?
Гармония невозможна?
– Нет, конечно.

–Но почему? Язычество – это ведь поклонение природе, солнцу,безыскусственно доброму и неприятие всего коварного, технократического,изощрённого.
– Это вы так же сейчас думаете, как я думал тогда: что язычество – это вот такое чистое и пушистое. На самом деле это не так всё. Язычество – древние свирепые культы, самые-самые различные: фаллические, с кровавыми жертвоприношениями, с изуверскими обрядами. Вот что такое язычество. Вы смотрели фильм Мэла Гибсона «Апокалиптика»? Да? Вот что такое язычество! Он показал просто и точно всю чудовищность язычества. И отрадно, что в конце там плывут конкистадоры, которые эту дикую землю завоюют мечом и праведным огнём.

– Огонь-то вряд ли праведный был, десятки миллионов индейцев были обезглавлены, сожжены и заживо погребены во имя веры в добро.
– Конечно. Правильно и сделали…

– То есть «к счастию – через кровь»? Иначе никак? Пока не убьёшь недруга, не обретёшь друга?
–В данном случае иначе никак. К счастью – именно через кровь, потому что земля, если её захватили язычники, считается осквернённой. И заново освятить её можно только кровью врага. Это в Библии написано, я ничего не выдумываю. Поэтому через кровь, конечно. «Обагримся вражьей кровью…»

–Тем не менее, несмотря на все усилия, религия пока не может спасти мир. Не удаётся построить гуманное царство на земле. Между собой конфликтуют разные конфессии, тем более – разные религии. В христианских Соединённых Штатах чуть ли не каждый день тинэйджер хватает пистолет и расстреливает полуниверситета. При этом церкви почти так же полны, как и тамошние стадионы.
– Да, но всё-таки не забывайте, что в Соединённых Штатах пишут, что человека создал Бог. А у нас он произошёл от обезьяны. Вот и вся разница. А то, что он там убьёт кого-то, ну что сделаешь? Я спокойно к смерти отношусь.

– Возможно, здесь вам помогает чтение исторической литературы…
– Я её действительно люблю, много читаю о войнах, о революциях.

–Концепцию Виктора Суворова разделяете? О том, что если бы Гитлер не опередил Сталина, то наш «отец народов» потопил бы Европу в крови«освободительной» войны.
– Ну, это же общеизвестный факт.

– То есть вас он не шокирует?
–Так это же так и есть! А как тут спорить, если на четвёртое июля был назначен удар по Европе? Что тут противиться-то? Это действительно общеизвестный факт. И пусть там совки что-то вопят, но это неопровержимо. И когда немцы нанесли превентивный удар, который нанести были вынуждены, то были разбиты многие составы с советскими военными картами, разговорниками, да там много всего было для наступления на Запад. Они же всё это миру продемонстрировали. Были и фотографии в газетах, и документы опубликованные…

– Наверняка милитаристские планы Сталина сильно укрепили основу ненависти большинства к большевизму. От нас всегда ждали некоего вселенского зла.
– И до сих пор ждут!

–Тем не менее тот же Путин немало сделал, чтобы показать, что мы цивилизованнее стали, предсказуемее, терпимее, человечнее. Или всё-таки вы стараетесь «сиюминутность» эту не анализировать?
– Нет,но просто на самом деле ничего ведь по-настоящему не сделано. Те же ядерные отходы в любой момент могут взлететь. Вот она,«предсказуемость»! Потому что настолько всё коррумпировано, что даже те учёные из Америки и Европы, которые были присланы сюда следить за порядком, их коррумпировали. И они так «отследили», что это всё может взлететь в любой момент!

– И даже Бог не спасёт тогда уже….
– А тут как? Нет, Бог-то спасёт того, кого он должен спасти. Бог-то что? Это от человека зависит – спасут его или нет.

– Вам никто не говорил, что вы внешне похожи на священника?
Борода, причёска – есть в этом некая визуальная церковность.
– Бывает, да, что люди пригибаются при встрече. Бывает, бывает….

– Никогда не задумывались, что, как, например, Жанна Бичевская, вы можете окончательно погрузиться в религиозность?
–А вы знаете – то, что я делаю сейчас в музыке, в творчестве, я от своей воцерковлённости не отделяю. Это именно то, что я должен делать повелению своей души, по истинному призванию.

– То есть ваши песни – это такие небольшие проповеди?
–Конечно. Это проповедничество в чистом виде. А что это значит? Я считаю, если я отпел концерт – и не зажглась новая свеча, то это означает, что я зря простоял на сцене и пропел. А если человека хотя бы на секунду парализовало какой-то строчкой или он уже пришёл подготовленный – вот это моя задача и есть.

– Согласитесь,что это не совсем типично для современного российского рока. Не секрет ведь: многие рок-музыканты – это и наркотики, и деструктив. У той же «Алисы» фанаты-пацаны долгое время на концертах старались всё крушить и сметать. А у вас наоборот получается – окультуривание, пусть и слегка оккультное, происходит.
– Это не окультуривание. Просто у нас группа такая, где совсем другой посыл, совсем другая энергетика,иного порядка. Я не буду говорить в отношении Кинчева – выше у нас этот порядок или ниже. Это просто другой порядок. Может, это вообще из параллельного мира порядок.

– Я всё же вернусь к своим крамольным подозрениям. Когда разговор заходит о музыкальных группах,нередко поднимаются проблемы пиратства, плагиата, «фанерности». А вот о наркотиках в последнее время – почти никогда. Между тем в России наркомания, наряду с коррупцией, одна из голов налетевшего на страну чудовища. Неужели сейчас в рок-музыке «в плане наркотиков» чище стало,чем в те же девяностые годы?
– Думаю, что у музыкантов моего поколения (а я себя причисляю к поколению восьмидесятых, как игруппы «Алиса», «ДДТ», «Пикник»), и не просто думаю, а я уверен, что у наших нет наркотиков. Тот же Костя Кинчев, как я знаю, лет семь вообще даже не пьёт. С наркотой, если что и было, завязал накрепко. У нас тоже всё спокойно в этом отношении. Есть чем заниматься без всякого «подогрева». Источник вдохновения не иссякает. Концерты, слава Богу,случаются. Поэтому – ну какие наркотики?

– Сын, вы говорите, у вас в восемьдесят шестом родился?
– Да, Степан большой уже. Он сейчас учится в Московском государственном университете.

– А факультет не помните?
– Юридический, как же…

– Ну, это круто!
– Нормально, да.

– Самостоятельная линия в жизни у него будет?
–Дай Бог. Парень он, откровенно сказать, грех жаловаться. То есть он пошёл в супругу мою – такой спокойный, нормальный. Но и постоять за себя может. То есть он такую уличную инициацию прошёл. И дрался, и всё такое. Спокойный, уравновешенный, рассудительный. Советует мне часто.Сейчас стал на мои концерты ходить. А так у них своя музыка.

– Он тоже занимается музыкой?
– Нет, нет. Он как слушатель довольно продвинутый.

– А правда, что название «Калинов Мост» для группы ваша супруга придумала?
– Она тогда ещё не была моей супругой.

– Просто девушка?
– Да, да, именно так.

– И как она до вас донесла мысль? Просто подошла и сказала между просьбами об автографе: «Не хотите ли назвать?»
– Нет, мы с ней встречались, общались уже.

– Как зовут её?
– Оля. Мы тогда целовались уже, обнимались…

– И с первого взгляда не только она понравилось, но и название?
– Да. Оно сразу было принято, конечно. Все в группе ухватились за него.

– Наверное, оно не только из тех русских сказок, где на Калиновом мосту, над речкой Смородиной творились большие дела?
–Да нет, конечно. Но и это тоже. Но сказки конкретны и лаконичны. А «Калинов Мост» – это ежесекундная инициация. Переход в иное качество,мгновенное перевоплощение. Поэтому «Калинов Мост» – название настолько мощное, что я даже порой задумываюсь о том, есть ли у меня силы и возможности соответствовать ему.

– Вы говорили, что сейчас в России много чисто маркетинговых групп, те же «мумий тролли»…
– Ну конечно, это же видно.

– Но вы всё равно остаётесь идейными? Не за корысть работаете, а ради спасения души?
–Мы всё-таки старой закалки. Нам если перестраиваться – у нас не получится, даже если мы захотим что-то резко поменять. Зассыхи и подростки на нас бегать не будут, это понятно. То есть у нас уже сложился тип публики – если молодёжь и приходит, то видно, что это какая-то особая молодёжь, случайно они не забежали потуситься, побалдеть, напиться. А пришли послушать действительно что-то для себя.И радует, что молодёжь-то ходит. Это здорово.

– Пару лет назад, отвечая на вопрос: «Что в стране происходит?», вы сказали:«Главная проблема – то, что продолжает править совок».
– Да. И сейчас та же проблема остаётся главенствующей.

– Имеете в виду однопартийную гегемонию?
–Нет, это-то как раз из области того, что реально развалено. Там дикая коррупция. Бешеная коррупция как следствие совковости – ухватить за хвост золотого тельца. Продолжается и культ смерти: мавзолей, который зловеще возвышается – как египетский Зиккурат. Мы действительно живём в Египте в таком, перевернутом. У нас стоит Зиккурат на Красной площади,у нас практикуется культ смерти, то есть похороны – самый почитаемый праздник. Более того, у нас даже многие праздники в стране приведены к древним египетским таинствам.

– Это что вы имеете в виду?
–Ну, например, 8-е марта. Культ Изиды. Это просто к примеру, так,навскидку. Поэтому не удивительно, что язычество и православие переплетаются – и рождается то страшное в сознании, что называется нынешним совком. Конечно, для истинно православных это беда, которую надо выжигать в своём сознании калёным железом. Пентакли по всей стране висят, памятники Вилу, названия эти совковые, ордена, славословия –«Красноярск орденоносный», «Новосибирск награждён…», все дела эти советские… Думаете, это просто символы? А они определяют сознание людей, зомбируют их. Но сопротивление этому растёт. Будем надеяться,что в один из моментов Господь нам поможет всё это смести.

– Будем надеяться не только на Господа, но ещё на президента. Вот прошли выборы…
– Здесь я – пас. Ни в коем случае!

– На выборы то есть не ходили?
– Нет, конечно.

– Ни разу?
–Ни разу. Один раз за меня отец проголосовал в девяносто шестом – и всё. А я никогда не ходил и никогда не пойду. Я что – совсем, что ли?

– Вам хочется быть выше процесса, который то ли подтасовочный, то ли некорректный, то ли навязанный системой? Поэтому?
– Просто там всё уже определено, понятно же.

– Заранее?
–Это раз. Второе – нет настоящих кандидатов. Достойных кандидатов вообще ведь не регистрируют. Как и партии не регистрируют нормальные. Совок обороняется изо всех сил.

– Но тот же Медведев наверняка не будет диктатором.
– Кто?

– Медведев. Он демократ, говорят.
– При чём тут демократия?

– Был бы, допустим, президент по имени Сергей – и демократия вряд ли устояла бы.
–Вот как раз для меня Иванов был бы лучше! Но он просто отказался. Ему этот совок не нужен. Медведева поставили. Голосуй не голосуй – кто поставлен в Москве, тот и будет. Вот и всё.

– Вернёмся,однако, «к свободному волеизъявлению». Однажды на прямой эфир к вам позвонила на московское радио бабушка на девятом десятке лет. И вопросы вам задавала о творчестве «Калинова Моста». Как вы полагаете, каков ваш основной слушатель по возрасту? Разный-разный или всё-таки есть доминирующая возрастная волна?
– Волна такая доминирующая есть, безусловно. От двадцати пяти, допустим, до сорока лет. А все остальные – там кто угодно может быть. Кто как для себя это откроет. Но если он попадается в наши сети, то уже не выпутывается.

– И у кого интеллект хоть маленько есть…
–Не обязательно даже интеллект. У меня много ребят знакомых – совсем простых. Они не блещут каким-то особенным интеллектом. Но им нормально,они что-то своё у нас находят.

– Насколько я осведомлён, вы попеременно живёте то в Новосибирске, то в Москве.
–Плюс еще Забайкалье, где я провожу лето и начало осени, а концертный сезон – Новосибирск и Москва. Уже несколько лет так живу. Дышится и пишется легче в Забайкалье. Возможно, у меня уже организм за долгие годы так настроен, что летом – отдых, а осенью можно вволю писать. Хотя много песен и в Москве создано, нужное состояние может тебя в любом месте захватить. Когда начинаешь писать – не думаешь о том, где находишься.

– Почему одной из основных тем вашего творчества в последние годы является казачество?
–Не знаю, абсолютно точного ответа не существует. Но меня это всегда интересовало. Сейчас просто это как-то накопилось, сконцентрировалось и выплеснулось то, что жило во мне с ранних детских лет.

– Вы ведь, скажем так, сами из «забайкальского войска»…
–Ну да, наверное, можно с этого начать – что я там вырос, в Забайкалье. Всё равно, так или иначе, духом казачества там всё пропитано. В моём творчестве казачество – это одна из линий, которую я пытаюсь разрабатывать и развивать.

– А такое популярное нынче слово, как «гламур», вам знакомо?
– Конечно, знакомо.

– Есть какое-то экспрессивное отношение ко всему, что оно означает?
– Не, ну это запредельно всё! Как я могу это комментировать? Это не ко мне.

– Скорее, только побрезговать можно?
– Да, скорее всего, именно так. Брезгливо это всё. Тоскливо. Глумливо…

–Вы выпустили сольный альбом – «Жатва». А почему эти песни нужно было именно сольно делать, хоть и записывались они с участием музыкантов «Моста»? Почему это всё-таки не «Калинов Мост», а собственно Дмитрий Ревякин?
– Во-первых, эта работа началась как не-«Калинов Мост». И тянулась она долгое-долгое время, лет пять или даже семь. Всё это переписывалось, перелопачивалось, от чего-то пришлось отказаться. А в итоге сложилось именно так, как было понятно конкретно мне. Вот и родилась сольная пластинка. В принципе, я там принимал все центральные решения по форме, по набору инструментов. А человек, который мне помогал по звуку, решал в основном вопросы продюсирования. Поэтому мы вообще начинали запись альбома «Жатва» вдвоём. А в процессе его создания уже думали, кого пригласить. Что-то не получалось – и обратились к тому, к тому, тому…

– При записи этих песен вы действительно хотели отойти от ритмов афроамериканской музыки?
–Это была стержневая задача для меня. Мы её обсуждали с саундпродюсером Женей Булатовым, чтобы максимально отойти от негритянских ритмов, сделать этот альбом как бы в сторону Европы, ориентир был как раз такой. Не знаю, насколько это удалось. Но мы старались изо всех сил.

–Это получилось заметным, когда вы создали «Жатву». А в том, что делает «Калинов Мост» в электрической музыке, которая играется уже с более жёсткой гитарой, с басом, с барабанами – от афроамериканских колоритов здесь тоже получается отказаться или вы не пытаетесь?
– От чего конкретно?

– К примеру, от рэгги, элементы которого всё равно присутствуют.
–Да нет. Какие рэгги? Плясовые моменты… У нас свой рэгги, такой какой-то он у нас вприсядочку, из-за печки. С затяжечкой такой… У нас нет того рэгги, который играют на Ямайке. А даже если он и есть, это настолько мы переплавили при помощи соответствующего аккомпанемента, лирики, что рэгги это назвать очень тяжело. Как ни крути, «Калинов Мост» – это «Калинов Мост». Мы стараемся, чтобы всё было оригинально. Если говорить о ритме, то свойствен он только Виктору Чаплыгину, например. А если поэтику взять, то свойственна она только мне. Если по гитаре пройтись, то надо, чтобы она тоже была выразительная. Конечно, мир не замкнут для нас только совком. Наоборот, мы стараемся ориентироваться на западные образцы, в первую очередь, конечно, на английскую музыку.

– Вы с кем-то приятельствуете из рок-музыкантов? Человеческие отношения с кем наиболее человечны?
– Да с Константином, наверное.

– Кинчевым?
–Да. И с Юрой Шевчуком, наверно, тоже. Могу в любой момент к нему обратиться. Есть и другие ребята знакомые. С «Текилой Джаз» со всеми всегда приятно свидеться. Если случается повстречаться, то отношения как минимум терпимые.

– Спустя некоторое время после выхода знаменитого альбома «SWA» появилась его вторая часть. Второй диск – это цельный альбом или это всё-таки определённый бонус?
–Бонус, конечно. Во второй диск было включено то, что мы делали в последние пять лет, причём это всё разные музыканты играли. Сейчас весьма любопытно проследить, как у нас тогда получалось. Решено было это тоже в альбом вставить, чтобы никому не было обидно. И тем музыкантам, которые до недавнего времени работали, и издателям, и всем нашим союзникам. В принципе, все остались довольны. Все услышали то,что они реально делали.

– От мелодики, поэтики, эстетикиперейдём, однако, к прозе жизни. Или даже смерти… Вы – человек религиозный. А в загробную жизнь верите? Что есть там что-то? Или всёгораздо проще: жил, крутился, умер, разложился.
– Да нет,нет! Умер, разложился – это совок. И ещё добавьте для кучи, что умерший грешник в огненный кал попадёт. А человеку религиозному, который заставляет себя следовать определённым догматам – поститься, молиться – и кроме всего этого ещё занимается прямым действием, как я, скажем, проповедничеством, то я надеюсь, что ему воздастся. После смерти я тоже, вероятно, буду, грубо говоря, блаженствовать в раю. Не знаю, насколько близко я буду к Господу, но надеюсь на это. Очень надеюсь. Но это не мне решать, конечно, потому что я об этом знаю, с меня и спрос другой.

– Есть Божий суд, а есть человечий суд. В России сейчас отменена смертная казнь. Но вообще-то она широко практикуется в мире. Ваше отношение к этому: стоит ли допускать, чтобы человек «законно» убивал другого человека?
– Смотря какой период в обществе. Есть период, когда «око за око». Но есть и время, когда, наверное, можно прощать.

– В России не пора ещё восстановить казнь?
–Этот вопрос следует рассматривать в комплексе. Надо начинать с символики. И там уже станет понятно, что делать. Появятся люди, которые потащат весь этот процесс, они соберутся и скажут: «Нет, всё, за наркоту – смертная казнь, кто её распространяет. За проституцию, за гомосексуализм – тоже смертная казнь, как в Библии». Понимаете? А что удивительного? Они ничего нового не придумают. Всё в Писании указано.

– Библия – сказка всё-таки очень суровая. Одна лишь печальная история Содома и Гоморры чего стоит…
–Так а вы знаете, что там было? Вы даже не представляете, что творилось в Содоме и Гоморре! Этого наш ум не может даже представить, когда дети с родителями и так далее, и так далее, скотоложство и всё, и всё, и всё, труположство, некрофилия, каннибализм культовый, всё это было там, в Содоме! Вы думаете, это мелочи, что ли? Там же вообще некого было спасать, вы ж помните об этом?

– И были в итоге казнены Всевышним все-все-все, вплоть до грудных младенцев.
– Потому что все были запятнаны, ведь их родители осквернили.

–А сейчас на планете глобализация происходит. Условно говоря, великие американцы навязывают другим народам своё «великое». К сожалению, нетолько гамбургеры и кока-колу.
– А я поддерживаю американцев. Я поддерживаю Буша. Я поддерживаю его политику.

– Буша всё-таки?
– Конечно.

–По мне, так лучше бы у Америки был менее воинственный лидер. И не былобы тогда ни уничтожения государственности Ирака, ни бомбардировок Югославии…
– Югославию Клинтон бомбил, а не Буш. Это демократы. Не, я всё равно за Америку.

–Я думаю, здесь просто инерция. Многие были за Америку в восьмидесятые годы. Тогда это был оплот свободы и других самых разнообразных достоинств, чертовски привлекательная и интересная цивилизация. А сейчас там от одного стукачества повеситься можно. Там дети через одного «свидетельствуют»: «Он меня домогался», – и показывают пальцем на престарелого преподавателя музыки.
– Нет, всё просто потому, что это уже стало вопиющим. Это Клинтон всё, сука, развёл, всю эту педофилию. Конечно, Бушу надо что-то делать.

– Оральный кабинет Клинтона не забывается?
– Да, конечно! И китайцам ещё он всю страну сдал.

– Кстати, вы как-то говорили, что и Россию Путин сдаёт китайцам.
– Сдаёт, да.

– В этом кроется большая проблема?
–Ну, она периодически озвучивается с высоких трибун. Угроза вполне конкретная. Россиянам не следует расслабляться, не то в своей стране в меньшинстве окажемся.

– Классический вопрос для музыканта вашего толка: рок-н-ролл жив? Я имею в виду рок именно российский.
–Думаю, всегда будут ребята, отмеченные печатью данного таланта. Конечно, в наше время, когда мы начинали, гитара была практически единственной отдушиной, она и спасала, и не давала тебе зачерстветь. Сейчас, конечно, поколение другое выросло, поколение потребления. И я даже не знаю, какие у них отдушины. Вряд ли они вообще есть. Но всё равно будут находиться люди, которые станут собираться где-то дома, на кухне и писать эти не похожие ни на что другое песни, показывать их своим друзьям и упорно этим делом заниматься. И, наверное, такие группы ещё останутся, поиграют. В том числе и наша.

–Непростительно было бы не спросить вас об Александре Башлачёве и Янке. Остаются, видимо, и они как символы того, что рок-н-ролл всё-таки жив.
–Что касается Башлачёва, я думаю, это было самое яркое явление в русском роке. И конечно, если говорить о поэзии, о том, что он делал один, его никто не победит. На днях, кстати, было двадцать лет со дня его гибели.

– Может, он всё же в раю находится, несмотря даже на то, что жил, как умел. А не так, как «надлежало».
–Хотелось бы надеяться, что хотя бы «там» ему повезло… Я очень тщательно изучал его стихи. Это нечто вообще потрясающее. Мы были знакомы с Башлачёвым, но не могу сказать, что что-то всерьёз обсуждали вместе. Встретившись с ним впервые, я был просто не готов говорить о слове. А когда уже находился на том этапе, чтобы самому захотелось какие-то песни обсудить, Башлачёв вообще ни о чём не хотел беседовать: он уже всё для себя решил, ему не интересно было о чём-либо говорить. Конечно, были какие-то разговоры, он даже ночевал у меня, но к тому времени былуже сам в себе.
Песню я ему как-то написал ко дню рождения, подарил, а он меня тогда за волосы оттаскал, в буквальном смысле слова. Это было, по-моему, его выступление на питерском фестивале 87-го года, а вфеврале 88-го он свёл счеты с жизнью, и в следующий раз мы встретилисьтолько на похоронах. Все были потрясены, потому что очень нежно к нему относились.
С Янкой мы тоже пересекались, иногда она заходила к нам на репетиции, поучаствовала в одной из песен. Не только она, там ещё одна девушка была, её знакомая. Но близко мы знакомы не были. А зря. Но так жизнь распорядилась. К Янке у меня более спокойноеотношение. А к Башлачёву просто великое у меня почтение… И до сих пор обидно, что рядом с ним не оказалось никого, кто бы мог его поместить вклинику, подлечить, чтобы всё поправилось у него и он бы дальше писал. Но, к сожалению, рядом были одни упыри.

– А у вас лучшая пора в жизни когда случилась? Сейчас или «было время золотое»?
– Лучшее моё время – когда рядом со мной была моя супруга. Это действительно золотая пора в моей жизни.

– А вы сейчас не вместе?
– Её просто нет в живых.

–Извините, я не знал. А есть ли ещё такой человек, с которым вамхотелось бы встретиться, поговорить, познакомиться или хотя бы виртуально совета спросить? Может, это личность из истории…
–Конечно, есть такие личности, обязательно есть. Например, это Николай Степанович Гумилёв – поэт, который был расстрелян большевиками за антибольшевистский заговор. С ним бы мне хотелось повидаться. С Хлебниковым тоже не отказался бы пообщаться, хотя, конечно, увлечение его творчеством у меня уже в прошлом.

– А в реальности что? Есть ли такой афоризм, которым можно передать настоящесть настоящего?
– Да, есть: «С нами Бог». «Gott mit uns» – это у немцев на пряжках было отчеканено.

Источник: http://www.konkurent-krsk.ru/

Опубликовать в Яндекс
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в Google Buzz

Метки: ,

12 комментариев »

  1. блин, что за дебил интервью брал?
    и текст специально набран с выкидыванием половины пробелов, чтобы читать тяжелее было?

    Ответить

    Антон Сафин ответил Март 2nd, 2009 12:56:

    Ну, за “дебила” я не в ответе, а пробелы попытался поправить. Если где-то найдете еще косяки, пишите.

    Ответить

    Comment by маяк — Март 2, 2009 @ 06:33

  2. “И когда немцы нанесли превентивный удар, который нанести были вынуждены, то были разбиты многие составы с советскими военными картами, разговорниками, да там много всего было для наступления на Запад. Они же всё это миру продемонстрировали. Были и фотографии в газетах, и документы опубликованные…”

    бред. до сих пор про разбитые вагоны с картами и разговорниками – ни одной фотографии и ни одного документа
    зато налицо свежий резунист, тупо повторяющий и свято верующий

    Ответить

    Comment by Aндрей — Март 4, 2009 @ 07:07

  3. Да по-моему все интервью-бред(со стороны Ревякина),читать было противно про Америку,историю,да вообще позерство во всем.(((((((((((

    Ответить

    Comment by Эдвард — Июль 4, 2009 @ 02:16

  4. Я согласна, все, что Ревякин говорит про Амирику и Власова – бред, и крышу ему основательно постороили, а мозги промыли… Он растерял все лучшее, что имел раньше, сейчас он жалкое подобие себя прежнего. Очень меня разочаровало это интервью, тупо повторяет Библию, хотя умный человек и Библию бы осваивал творчески… Такое чувство, что он много прочитал книг. которые – увы – не силах переварить и правильно понять. Но в нем – упорная мессианская жилка, которая заставляет его изрыгать из себя эти непереваренные “куски”. Уж учше бы просто пел себе… Даже читать теперь такие интервью-помои больше не хочется….

    Ответить

    Comment by Juliana — Апрель 7, 2010 @ 20:53

  5. Ревякин прав.Осталось одно дикое советоидное быдло,спасающее свою ублюдскую “историю”
    Неудивительно что к этому быдлу относятся как к скотине,скотина оно и есть.
    Безмозглым ублюдским совкам объяснили что они живут в гавне не просто так,а назло Америке,выполняют великую космическую миссию.Они и рады,дебилы ж ведь.
    Их любимого ГУЛАГа на них нет.

    Ответить

    Comment by Juch — Май 22, 2010 @ 08:24

  6. Интервью – картина духовной смерти Человека, каковым он был в молодости. Обидно – слов нет. Такой нибелунг пропал(((

    Ответить

    Comment by Валерьян — Июль 23, 2010 @ 01:23

  7. Да Дмитрий Александрович, вроде образованный человек , верил бы себе тихо играл бы музыку лучше.
    Положение дел в России ,,,

    Ответить

    Comment by Влад — Ноябрь 29, 2010 @ 00:33

  8. Ну во-первых языческая тресина в свое время завела Ревякина в глубочайший творческий кризис… и только после воцерковления он поднялся даже выше прежних рубежей, чтобы убедиться в этом достаточно послушать последние альбомы… Во-вторых никакого бреда в рассуждениях Дмитрия нет! Все правильно и насчет Америки ,и насчет Сталина с Гитлером, и насчет сегодняшнего беспредела в России…
    Чтобы к этому прийти нужно(уважаемые коментаторы) не жить вчерашним днем тупо глядя зомбирующий телевизор, а немножко заниматься расширением своего кругозора, тогда многое встанет на свои места…. И нечего прикрывать свою фуфельную ограниченность обвинениями в дебилизме других… И еще сначала надо добиться хотябы того чего добился Ревякин, а потом уже выковыривать из носа пахабную критику в его адрес…
    А интервью мне понравилось!!!

    Ответить

    Вася ответил Июль 27th, 2011 19:28:

    И чего же добился этот “певец”, не просвятишь? Под конец жизни ёбнулся на всю голову?
    Песни после “Вольницы” – набор бредовых, бессвязных слов. Это не творчество, это как морской котик (или дельфи) кисточкой рисует в дельфинарии. Бред полный.
    “Крошево вытупа”, выражаясь его словами.

    Ответить

    Comment by dilix — Июнь 24, 2011 @ 14:57

  9. Обидно за познания за Сталина….Резун это ведь дэза…Уважал Ревякина за песни…
    А он мыслит как баран…Инфа вся с телека…Жаль человека…

    Ответить

    Comment by Сергей — Июль 10, 2011 @ 03:20

  10. Жалкое зрелище.. И ему воцерквовленные мозг промыли. ((

    Ответить

    Comment by Алексей — Сентябрь 11, 2013 @ 13:05

RSS-лента комментариев к этой записи.

Оставить комментарий