Блог

Ведущий: Антон Сафин
Творческая студия "Полнолуние", г. Иркутск

mp3... | фото...

Лошадь. Белая.

Я так давно собирался написать коротенькую рецензию на “Белую лошадь” Аквариума “Белая лошадь”, что нашелся-таки человек, который сформулировал мои мысли по поводу этого альбома раньше меня. Поэтому мне остается лишь, густо покраснев, заняться копи-пастингом:

Акуна Матата. Осознание.

Аквариум. Лошадь белаяРепутацию всесоюзного тормоза, почетного председателя общества поклонников антифриза нужно как-то оправдывать, поэтому о том, что вышел новый альбом БГ я узнал только сейчас. Соственно, узнал из ынэта (очень хорошее слово, нужно запомнить…), поэтому с рецензиями и отзывами ознакомился antefactum. Вещи писали, конечно, жуткие. К сожалению — не новые. Поэтому повторять глупости, умершие вместе с ракынроллом в прошлом тысячелетии, нет никакой охоты. Но одна очень умная анотация меня зацепила. Во-первых, ее написал миста Паркер. Мужик он толстый, волосатый, неопрятный и неприятный, но умный и язвительный, а за это у нас в стране традиционно многое прощается. Во-вторых, зацепила тем, что в двадцати стандартных типографских строках там выражена аккамулированная пробема феномена БГ и его неприятия широкими слоями общественности. Вот она

Под огромными, пылающими мертвенным неоном буквами “ИМХО” я хочу предложить свою расшифровку этого мутантного генома. Но прежде интро. Очень показательно, что даже такой чуткий ценитель хорошей музыки (не про БГ будет сказано), как миста Паркер, повелся на красивую, но, к сожалению, не новую метафору: “Он говорит то ли сам с собой, то ли с небом, а то ли и с собственной смертью. Но разговор как-то не клеится.” Гораздо красивше и аляпистей сформулировал то же самое какой-то большой, но мало кому известный умник, написавший рецензию на вышедший в 1997 году альбом “Лилит”. Первоисточник мне искать лень, но фраза выжжена напалмом в моем бесхитростном мозгу: “Сидит БГ в круглой комнате, у которой зеркала вместо стен. Допоет песню, посмотрит по сторонам — а в каждой стены на него смотрит его лицо. Он опускает голову и начинает новую песню”. Очень круто, лучше и не скажешь. Миста Паркер — жалкий эпигон. Но мужик все-равно умный…

После фразы “Впервые от прослушивания альбома главной в русской истории группы возникает ощущение того, что Гребенщиков перестал говорить с нами на нашем языке” мне очень хочется заговорить словами моей строгой мамы и с апломбом воскликнуть: “Ты что, вчера родился?” Дядя Боря никогда не говорил “с нами на нашем языке”. Более того, он сам это всегда трепетно, но деликатно подчеркивал: с разностью лет в двадцать он пел то “Сестра моя, ты альтруист, ты не щадишь свечей. Ты хочешь узнать мой язык, но он мой — и больше ничей”, то “любая весть изначально благая, просто ты к этому еще не привык, а если тебе не нравится, как я излагаю — купи у Бога копирайт на русский язык”.

Как ни пафосно, но это мы изучали этот язык, делая свои маленькие открытия или грызя ногти от того, что не понимали, почему в “Плоскости” неправильная рифма: ведь очевидно, что гораздо уместнее звучит “их несколько здесь, измеряющих время звучанием, на хороший вопрос готовых ответить МОЛЧАНИЕМ”. И только с возрастом понимали, что гораздо труднее и умнее на хороший вопрос ответить МЫЧАНИЕМ (и опять в моем воспаленном воображении возникает призрак экзистенциальых поступков. А хуле, вы думаете, я из окна выпрыгнул. Но сейчас не об этом…). А промолчать любой идиот не только может, но так и сделает… Те, кто “разговаривает с нами на нашем языке” — то есть подлаживаются под жаргон поколения некст-афтер-некст, называются “такой вот шоу-бизнес, ебаный мазафака” и поют они “Девчоночки фабричные” во “Владимерском централе”. Но интро затянулось…

Самое идиотское, что можно предпринять — попытаться творческое наследие БГ систематизировать и структурировать. Не только потому, что дядя Боря с легкостью опровергает казалось бы очевидные факты даже из истории группы “Аквариум”, не говоря о ее философии (так, например, он на пресс-конференции в Иркутске в предпоследний приезд на мой вопрос категорически ответил, что никогда он вовсе не говорил и не считал, что смысл названия “Аквариум” в том, что есть внешний мир, есть прозрачные стены, ограничивающие их музыку от внешнего мира, есть рыбы-слова, которые они поют, а есть среда, в которой все это находится. И это — самое главное. Ни фига, заявил дядя Боря. Мы просто гуляли с Джоржем по набережной (Невы, Фонтанки или реки Оккервиль — я уже забыл), и придумали это смешное слово — “Аквариум”…) Не только поэтому, но и потому, что он легко отказывается даже от того, что сказал на прошлой пресс-конференции, как было в его последний приезд…

Нелепо этим заниматься. Именно поэтому я именно этим сейчас и займусь. Почему-то считается, что Мастер не приспосабливается к новым временам, а гнет их под себя. Про это даже есть какая-то мало вразумительная песня дайвера, повара и коньюнктурщика Эндрю Макара… Хотя я не понимаю, если появился “Саунд Фордж”, то зачем продолжать писаться на четырех дорожках спаянных воспроизводящими головками двух бобинных магнитофонов. Кстати, именно поэтому я никогда не любил Летова. Не любил чисто технически — ненавижу я его по исключительно идеологическим причинам. Нужно заниматься либо музыкой, либо политикой. Два в одном не удалось даже Джону Леннону, куда там этим недомылкам…

Любое искусство-с-большой-буквы как зеркало отражает окружающий мир, положенным образом его преломляя и искажая, в чем его, зеркала, собственно, и ценность. Поэтому Мастеру не нужно прикладывать какие-то титанические усилия, что бы “не стоит прогибаться под изменчивый мир” или, наоборот, испытывать сизифо-танталовы муки, что бы приспособиться. Ведь зеркало не меняется от того, что изменилась среда отражения. Одно из самых глубоких метамфетаминовых откровений Пелевина так и звучит: “A medium is the message”. “Посредник и есть послание”.

Какой-нибудь упертый придурок, адепт “исконного русского рока”, на этом месте немедленно должен обвинить БГ в “хамелеонстве” (чем эти безымянные адепты и промышляют не первый десяток). Заибись, конечно, как оригинально, если бы не одно “но”: я недавно узнал, что, оказывается, хамелеон вовсе не меняет цвет в зависимости от окружающего ландшафдта. Его цвет меняется в зависимости от температуры и к гамме пейзажа вообще не имеет никакого отношения.

Вот и сабж: БГ постоянно менялся. При этом любой его последовательный поклонник может проследить изменение всего “золотого треугольника” — саунда, драйва и лексики. Его изначальные акустика и электричество принципиально не отличались друг от друга: туда-обратно, от “Электричества” до “Акустики”, от замороченного “Радио Африка” до бардо-квартирниковской “Ихтиологии”, туда-обратно, от “Дня Серебра” до “Десяти Стрел” — и так до тех пор, пока в 1987 году не вышло “Равноденствие”.

Это первый и главный водораздел. Этот альбом настолько же значим в истории отечественного рока, насколько в мировой музыке значителен ленноновский “Imagine”. БГ впервые вылез из своего андеграунда, из своего подполья и попытался говорить то же, но другими словами и звучанием, всем, а не двум десяткам постоянным посетителям ленинградского рок-клуба, любителям дешового портвейна и бесплатных контрамарок в ДК (сомневающимся могу напомнить, что программная и культовая “Поколение дворников” вышла именно на этом “попсовом” лонгплеере). Именно тогда появились первые “предъявы”, что БГ ссучился, опопсел и предал высокие идеалы чего-то, уже давно и справедливо забытого. А-а-а, ну как же, это именно то жалкое и беспомощное, про что Костя Кинчев пафосно восклицал: “Все это ракынролл!!!”

А затем произошло невообразимое. Вокруг гремели смутные времена междуусобицы, казаки, скины, демократы и первый рэкит. В очередной раз переписывали историю. А этот несносный человек выпустил “Русский альбом”. Никакого говорухинского “Россия, которую мы потеряли”. Никакого “православие, самодержавие, народность”. В 1992 году “Никита Рязанский строил город и ему не хватило гвоздя”. БГ, хитро улыбаясь, кагбэ говорил: “Я научу вас Родину любить!” В 1992 году родину любить было ой как нелегко. А он увещевал: “Государыня, помнишь ли как строили дом, всем он был хорош, но пустой…” Мне кажется, что это гражданский подвиг. А на трибунах любой идиот орать может, даже я.

Потом долго тянулось десять неровных лет. Конечно, можно пенять на зеркало, но всем известно, с каким результатом. И все закончилось “Сестрой Хаос”. С этим альбомом у меня особые отношения. Но эта змея снова сбросила кожу. Это было новое полное преображение. Новый звук. Новые слова. 500 песен и нечего петь, в Байкале крокодилы, баобабы вдоль Волги-реки. Последующие “Песни рыбака”, “Беспечный русский бродяга” и “ZOOM,ZOOM,ZOOM” были просто опытами в это новой полифонии экзотических ритмов и инструментов. Пока не вышел вот этот.

“Белая лошадь”. Что это — самоповтор? Автоплагиат? “Аригато”, “Акуна Матата” и “Девушка с веслом”, вышедшие из звучания предыдущих, как диптихи и триптихи, изысканные, совершенные, со своим неопределимым стилем и жанром. “Сокол” и “Анютины глазки и божьи коровки”, в огромном количестве инструментов продолжающие традиции “Русского альбома”, или “Еще один раз”, которая рвет мой моск напопалам, колонки — вдребезги, домашних животных — насмерть, с ее мотивами древней арабско-еврейской культуры, продолжая “Северный цвет”?

Цитата дня:

“Мне приятно делать гостям приятно,
но какая именно часть слова “уйди” тебе непонятна?”

В заупокойно-мрачной “Господу видней” стараниями буддиста дяди Бори основной моральный императив произведения, обозначенный в заглавии, неожиданно приобритает характерные черты хтонического существа — нагадить еще не успел, но выглядит зловеще, нависая за спиной и тяжело дыша в затылок водкой и луком.

Приходится признать. Мы не знаем, что он сделает завтра. Оно и чудестно.

“Повторять всеми уже сказанные слова о том, что в музыкальном плане это самая выдающаяся работа “Аквариума” смысла нет. Действительно – самая. Хотя казалось бы – куда дальше?”

Миста Паркер, имейте терпение…

“и мысли летят клочьями дыма, и все неизъяснимо”(С)

Берт Корк, 25 июня 2009 г.

И – короткое P.S. с еще одной цитатой – на этот раз Леонида Андрулайтиса:

Те же, кто будет говорить, что там тексты “слабые” (а какие еще есть критерии в рассуждениях о русском роке?), пусть идут в жопу. Слушайте музыку.

Опубликовать в Яндекс
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в Google Buzz

Метки: ,

6 комментариев »

  1. Спасибо! Не совсем согласна, но и не всё отрицаю… Песни из альбома впервые слышала на концерте весной – незабываемый кайф, великолепное аквариумное шоу… А что Вы думаете по поводу бешеного юриста?

    Ответить

    Антон Сафин ответил Июль 3rd, 2009 19:51:

    Как принято выражаться сейчас в интернет-тусовке, “не вкурил” – кто такой бешеный юрист? Может, это то, о чем все знают, а я не в курсе? ;)
    Гугл, впрочем, тоже не знает…

    Ответить

    Айси ответил Июль 3rd, 2009 20:12:

    Я про того, который потребовал БГ лишить ордена из-за “состава преступления” в песнях. Кажется, Дмитрий Ямщиков…

    Ответить

    Антон Сафин ответил Июль 6th, 2009 14:23:

    Конечно, можно признать невменяемость этого “юриста”, но мне кажется, что в данном случае это просто очень неплохой пиар-ход. Вот вы бы знали без этого, кто такой этот Дмитрий Ямщиков? А теперь знаете :)

    Comment by Айси — Июль 3, 2009 @ 17:48

  2. Антон, спасибо большое за пиар, но в таких случаях я решительно высупаю за редактирование. То есть нужно было убрать некоторые выступающие детали, типа того, как я в окно выпрыгнул — вне контекста моего ЖЖ это просто не понятно. Но все равно и еще раз спасибо.

    Ответить

    Антон Сафин ответил Июль 8th, 2009 08:09:

    Хорошо, в следующий раз обязательно проведу аккуратную пластическую операцию над текстом :)
    Пиши еще!

    Ответить

    Comment by Берт — Июль 7, 2009 @ 23:56

RSS-лента комментариев к этой записи.

Оставить комментарий